Щасливі дитячі очі – як винагорода за працю

Колектив невипадкових людей

Працюючи над матеріалом, присвяченим Міжнародному дню захисту дітей, ми мимоволі замислилися: а чи доречно вважати його святом?
От ніби й 21 століття на дворі, ніби й науково-технічний прогрес сягає такого рівня, що встежити не встигаєш, ніби й звідусіль звучать розмови про толерантність, про верховенство права і закону… А тим часом часто й густо діти справді потребують захисту, причому дуже серйозного, професійного. Щоб переконатися в цьому, досить хоча б один робочий день провести із спеціалістами служби у справах дітей. Або поспілкуватися з людиною, яка при живих батьках провела дитинство у дитячому будинку.
Із проблемами захисту дітей фахово працюють представники багатьох професій. Це і освітяни, й медики, і правоохоронці, які займаються ювенальною превенцією, і спеціалісти центрів соціальних служб… Усі ці фахівці мають те чи інше відношення до проблеми захисту прав дітей. Але існує служба, для якої саме робота з захисту прав дітей є основним завданням.
Для співробітників служби у справах дітей Рубіжанської міської ради 1 червня – практично професійне свято.
Це зовсім невеликий колектив: Олена Нічупієнко, начальниця, Тетяна Івлєва, завідувачка сектору з питань опіки та піклування служби у справах дітей, Світлана Трущ, головний спеціаліст служби і Оксана Левченко, бухгалтер.
Попри всі стереотипи щодо жіночих колективів – у цьому колективі абсолютно неможливі інтриги й заздрість, конфлікти через премії чи відпустки… Цим людям просто ніколи.
Практично щодня їх можна застати на робочому місці значно пізніше сімнадцятої години. Дуже часто – у вихідні.
Олена Нічупієнко працює в службі у справах дітей 17 років. Найбільшою винагородою за свою працю та працю колег вважає щасливий погляд дитячих очей – очей дитини, яка знайшла люблячу родину. І за 17 років роботи дивитися в такі очі їй доводилося багато разів.
Весь час будучи в роботі, майже не маючи відпочинку, Олена Вікторівна може забути про власний день народження… Але вона пам’ятає кожну дитину, з якою доводилося працювати. Кожну життєву історію вона (як і її колеги) пропускає крізь власну душу. А історії трапляються дуже важкі…
Згадуючи, як починала працювати, Олена Нічупієнко розповідає про свій перший виїзд на місце страшної події: на очах маленької дитини мама вбила батька, причому вбила дуже жорстоко. Олена Вікторівна пам’ятає, як влаштовувала ту дитину в сім’ю. Дитина давно стала дорослою, і Олена Вікторівна цікавиться її долею й точно знає, що доля цієї людини складається добре, й далеко не в останню чергу завдяки тому, що ще тоді, в ранньому дитинстві, після страшної трагедії фахівці допомогли цій дитині знайти люблячу сім’ю.
Такі ситуації – її повсякденна робота.
– Одним із найважчих моментів у цій роботі є те, що життєві історії, з якими ми працюємо, завжди різні, не схожі між собою, і ніколи неможна працювати за шаблоном, – розповідає Олена Вікторівна. – У кожній ситуації працюєш з чистого аркуша…
Найголовніше завдання спеціалістів служби у справах дітей – зробити так, щоб кожна дитина Рубіжанської громади виховувалася в сімейних формах виховання, а не в притулках чи інтернатах. І Рубіжне в цьому плані багато років знаходиться на одному з перших місць (а здебільшого навіть на першому місці) в Луганській області.
Велику роль в цьому відіграє те, що невеличкий колектив служби – це команда фахівців, на яких справді можна покластися в будь-якій ситуації; це чудовий приклад злагодженої командної роботи.
– У нашій роботі дійсно не буває випадкових людей, – каже Олена Нічупієнко.

С благодарностью папе и маме

Галина Кузнецова получает образование инженера-строителя в ВНУ имени Владимира Даля и воспитывает полуторагодовалого сыночка Мишу. Она не обижается на родную маму и бабушку за детдомовское детство. Она переживает о том, как найти себя в выбранной профессии, реализоваться в ней. Лучшим отдыхом считает сон.

На большую часть вопросов, связанных с тем, кто и в чем ей помог, кто чему-то научил, кто поддержал в той или иной ситуации, Галя отвечает однотипно: «Папа. Папа. Мама. Папа. Мама. Мама…»
Александра и Лидию Кузнецовых, которые воспитывали ее с 14 лет в детском доме семейного типа, Галя считает самыми лучшими, самыми надежными, самыми хорошими людьми на свете.

Помогли во всем

Сейчас Галя с сыном живет в отдельной квартире, купленной для нее за счет государстенной субвенции. В последнее время все ее время и энергия уходят на воспитание малыша и учебу в вузе. Так сложилось, что рождение ребенка практически совпало по времени с началом «карантинного» обучения у студентов, и Галя быстро выработала для себя вполне удобный график.
До поступления в вуз она закончила колледж по той же специальности. Профессию помог выбрать папа – не заставил, не просто привел в учебное заведение и сдал документы, а именно помог осознанно выбрать.
Папа же вселил в нее уверенность в том, что рождение ребенка не помешает учебе, а учеба – воспитанию ребенка. Папа в свое время убедил ее в том, что – для саморазвития, для расширения кругозора, для тренировки у себя определенных навыков обязательно нужно читать, хотя бы час в день. Папа помогал выбирать для этого книги. И Галя, которая никогда не относила чтение к своим главным увлечениям, в какой-то мере «подсела» на него.
В детском доме семейного типа Лидии и Александра Кузнецовых сейчас 10 детей. Галина знает, что родители очень сильно устают и практически никогда не отдыхают. Проживая отдельно, она не может видеться с ними так часто, как хотелось бы, но очень переживает за обоих.

Избавили от безысходности

В детский дом в Сватово Галя попала в пять лет. Родная мама оставила ее бабушке, а бабушка на каком-то этапе поняла, что не в состоянии содержать внучку.
– Когда меня привели в детдом, было совершенно не страшно, даже интересно, – вспоминает Галина. – Но, тем не менее, я почему-то помню тот день во всех подробностях…
Мама иногда проведывала девочку.
– Но эти проведывания не совсем можно было назвать проведываниями, – вспоминает Галя.
Мама никогда не приезжала к ней специально – посещала только тогда, когда случайно, с какой-то другой целью оказывалась в Сватово. Бабушка же и проведывала внучку, и забирала ее на каникулы.
При всем этом – у Гали совершенно нет обиды ни на маму (она умерла несколько лет назад), ни на бабушку.
В детском доме она провела несколько лет. Ее воспоминания о том периоде вполне нейтральны.
– Конечно, везде, где собирается много детей разного возраста, случается всякое, – говорит Галя. – Но не могу сказать, чтобы у меня были какие-то серьезные конфликты, проблемы…
В детдоме для девочки самым трудным было осознание, что она уже слишком взрослая, чтобы ее взяли в семью – ведь большинство предпочитает усыновлять или брать в приемные семьи деток помладше. А осознание, что тебя вряд ли возьмут в семью и что тебя ждут еще несколько лет жизни в детдоме, вызывало тоску и безысходность.
Александр и Лидия Кузнецовы, взяв ее в свою семью, навсегда избавили девочку от этих чувств.

«Все равно звоню и спрашиваю»

При том, что каких-то нехороших воспоминаний о детском доме у нее не осталось, тот период в жизни все-таки научил девушку хорошо разбираться в людях. Она моментально чувствует в них двуличность и другие не самые приятные черты и подобных людей в свое окружение не допускает.
Она умеет дружить, и некоторые ее подруги – еще с детдомовских времен. Для своих друзей она – своего рода «кухонный психолог». Всегда возьмет трубку, если звонит подруга, всегда терпеливо выслушает, поддержит, успокоит… Кстати, несмотря на свое детство, сама Галя никогда не нуждалась в помощи психолога. Чтобы разобраться в собственных проблемах, ей хватало помощи, совета папы и мамы.
Сейчас, проживая отдельно, Галина звонит родителям каждый день.

Большая семья Елены Бондарь

В квартире рубежанки Елены Бондарь до последнего времени жила семья из двух человек: сама Елена и ее приемная 17-летняя дочь Валерия, студентка. Устоявшийся уклад, удобный быт, привычный режим, и у мамы, и у дочери – своя территория, своя комната…
А тем временем в службе по делам детей Рубежанского горсовета лежало заявление Елены Владимировны Бондарь на расширение приемной семьи: она была готова взять в свою семью ребенка. Одного.

В итоге уже несколько недель в той же квартире проживает семья из пяти человек. Устоявшийся быт, привычный режим, спокойная размеренная жизнь мамы и дочери – куда только что делось. Теперь если окрошка – то в двух кастрюлях, если вареники – тоже, если мороженое на семью покупается – то целый пакет, да одинакового, чтобы спорить не хотелось… Утром в туалет – по очереди, шкафы и столы – пока не личные, а общие, одна из комнат – мужская… А все потому, что в семье появилось еще трое детей – 11-летняя Ксения, 8-летний Афанасий и 6-летняя Евгения.
История этой семьи – это несколько отдельных историй.

Ксюша

Четыре месяца она с младшими братом и сестрой провела в социальной палате в детской больнице в Кременной. У детей умер папа, который их воспитывал. Жилищные условия дедушки, ближайшего родственника, не позволяли троим внукам проживать с ним. В больничной палате дети словно приговора ждали: сумеют ли сотрудники службы по делам детей найти для них семью, или же…?
Ксюша признается, что часто плакала в той палате. Не только горевала по папе, но и, будучи старшей, ощущала себя главой семьи, чувствовала ответственность за брата с сестрой, боялась неопределенного будущего. В итоге ответственность за младших с нее сняли Елена Бондарь и ее дочь Лера.
Будучи старшей сестрой в многодетной семье, Ксюша всегда была заботливой и ответственной.

Афоня

Восьмилетний Афанасий Федорович – единственный мужчина в этой семье, потому-то и повезло ему иметь отдельную комнату.
Его редкое имя совершенно не кажется ему самому редким или экзотическим. В семье его называют Афоней, в школе – Афанасием.
Мальчик признается, что в те месяцы, что жил с сестрами в больнице, он, в отличие от Ксюши, практически не плакал – само присутствие старшей сестры давало ощущение безопасности.
Он заканчивает второй класс. Иногда нуждается в том, чтобы тетя Лена или Лера помогли с уроками.
Он уживчивый и не конфликтный. А еще спортивный – подтянуться может раз семь… Чем и занимается, оказавшись с сестрами на детской площадке.

Женя Федоровна

На вопрос, как тебя зовут, шестилетняя девочка отвечает:
– Женя Федоровна.
Она в этой семье – как говорится, звоночек.
Малышка постоянно обнимает Лену (так она называет приемную маму), легко идет на контакт со всеми без исключения, первая знакомится на детской площадке и с детьми, и со взрослыми. Вежливо и непринужденно может поддержать беседу на любую тему.
– Она настолько легко идет ко всем без исключения, что Лера уже даже объясняла ей, что это не всегда безопасно, – говорит Елена Бондарь.
Она легче других освоилась в семье нового формата. Как говорит Лера, Женя уживчивая и легко воспринимает то, что ей объясняют приемная мама или старшие дети.
– Я Лене помогаю: набираю воды в кастрюлю, чтобы борщ варить, и несу ее на печку, – рассказывает Женя.
– А потом останавливается и говорит: а спички зажигать мне нельзя, я же маленькая, – улыбаясь, продолжает историю Елена.
Скоро у Жени — выпускной в детском саду. Платье, перчатки и даже шляпку ей уже купили.
– Осталось туфельки подобрать, – рассказывает Елена.

Лера

– Я решилась взять детей только благодаря Лере, – признается Елена Владимировна. – Была ведь настроена на одного ребенка, но тут позвонили из службы по делам детей и рассказали, что есть вот такой случай, что сразу троим деткам нужна семья… Я долго думала об этом, все взвешивала. И Лера подходила ко мне, успокаивала, убеждала… Говорила: «Не бойся, я тебе помогу. А если мы не возьмем их сейчас, кто же поможет этим детям»…
Сама Лера жила в детском доме в Луганске год, до восьми лет – пока не обрела маму в лице Елены Бондарь.
Ее воспоминания о детском доме – далеко не самые плохие.
– После жизни у родной матери детский дом казался мне раем, – признается девушка.
Все, что связано с детством, навсегда осталось для нее раной, больным местом. «Воспитание», полученное в семье родной матери, навсегда оставило в ее душе серьезную травму.
Чувствуется, что мама, Елена Бондарь, для Леры – человек номер один на планете Земля, и так будет всегда.
На вопрос, чему тебя научила мама, девушка отвечает:
– Да буквально всему. Готовить, экономно тратить деньги, вести хозяйство… Да что там – она говорить меня научила… У меня было такое детство, что я к восьми годам толком не разговаривала. 12 слов в минуту читала…
Лера не скрывает, что привыкать жить не только с мамой, но и еще с тремя детьми, ей достаточно трудно.
– За последние годы у меня была своя комната, своя территория, где все было по-моему, – говорит Лера. – И хоть я и жила в детском доме, но теперь осознаю, что, к примеру, в общежитии мне было бы трудно. Я слишком привыкла к тому, что у меня есть свое личное пространство и что на него никто не посягает…
Поэтому девушке пока трудновато делить свое пространство с двумя сестрами. Однако она готова на это – ради мамы и ради того, чтобы дети не попали в детский дом.

Елена

По призванию и по образованию Елена Бондарь – работник культуры. В последние годы работает библиотекарем и свою работу очень любит.
Она никогда не была замужем и никогда не имела собственных детей (причем очень легко говорит на эту тему). Как решилась, уже в возрасте за 40, взять в семью Леру, которой в то время было 8 лет?
– Наверное, просто всему свое время, – говорит по этому поводу Елена Владимировна.
– Я очень боюсь, что мама останется одна, – признается Лера. – А она ведь никогда не жила одна… Раньше жила со своей мамой, в последние годы – со мной… А я ведь рано или поздно уйду, буду жить самостоятельно. Именно потому я и хотела, чтобы мама взяла детей.
Кстати, на вопрос о том, а чему же ее научила Лера, Елена Владимировна отвечает:
– Она меня научила принципу «мама, не кипишуй, все будет хорошо». Научила позитивно смотреть на все жизненные ситуации.
Несмотря на юный возраст, именно дочь научила маму тому, что – все будет хорошо, все образуется. А это успокаивает и придает уверенности в собственных силах.
Потому и нашла Елена в себе силы кардинально изменить свою жизнь и жизнь Леры, взяв в семью трех ребят.